Екатерина Геннадьевна Филимонова

Артистка

Дата рождения
22 октября

Место рождения
г. Асбест, Свердловская область

Образование
Челябинская государственная академия культуры и искусств (мастера курса Вячеслав Петров и Игорь Перепёлкин).

Награды

2022
Лауреат премии Министерства культуры Российской Федерации за лучшую театральную постановку по произведениям русской классики за спектакль "Онегин"

Работает в театре с 2001 года

Екатерина Филимонова родилась в городе Асбесте Свердловской области. Детство её прошло на Чукотке, в закрытом посёлке Весеннем Магаданской области, куда перевели её отца, горного инженера.

– Северное детство греет меня до сих пор, – признаётся актриса. – Я очень люблю о нём вспоминать, могу рассказывать о том времени часами.
По возвращении на Урал произошло знакомство с театром.

В 1997 году Екатерина Филимонова начала обучение в Челябинской государственной академии культуры и искусств на курсе Вячеслава Петрова и Игоря Перепёлкина. Заканчивала вуз у Михаила Филимонова. На четвёртом году обучения режиссёр Олег Хапов пригласил в Челябинский ТЮЗ. После окончания вуза Екатерина Филимонова поехала в Кострому, но вернулась в Челябинск, где приняла предложение Олега Хапова.

Екатерина Филимонова не повторяется в работе на сцене, свободна от штампов, ищет себя в разных ролях и не боится неожиданных задач. Ещё одна грань таланта актрисы проявилась в её участии в музыкальном ансамбле «Берлога», созданном артистами Челябинского ТЮЗа, а также в жанре актёрской песни.

Прямая речь

Я поступила в театральный институт не с первого раза. Папа хотел, чтобы я поступила в экономический колледж платно. Проучилась там три месяца и сказала: «Я никогда не буду экономистом. Выучусь, конечно, но это не моё. Все равно я на следующий год буду в театралку поступать».

Всё происходит так, как должно быть. Я не поступила на курс к Тенгизу Махарадзе. А на следующий год набирал Игорь Перепёлкин. Это был отличный расклад. Кто-то лучше нас знает, как должно происходить.

Мне очень повезло с педагогами. Всегда вспоминаю их с благодарностью и теплотой. Они заложили серьёзный, крепкий фундамент. Их советы вошли в клетки, растворились в атомах. Они теперь навсегда во мне.

Я про себя ничего не понимала в институте. У меня никогда не было мечт. Наверное, это ненормально. Я никогда не мечтала о конкретной роли. Я просто хотела играть. Наверное, каждая актриса мечтает о главных ролях.

В театр – тогда еще ТЮЗ – я пришла студенткой. Меня пригласил Олег Хапов в новогодний спектакль «Ты цыпленок, я цыпленок» на главную роль страусёнка. Новогодняя кампания, репетиции… Весело было. В декабре мы выпустили новогоднюю сказку, а в феврале случился спектакль «На балу удачи», который мы играли целых 24 года.

Пока есть возможность, нужно учиться у старших. Максимально, насколько это возможно, впитывать их советы. С возрастом люди начинают закрываться, понимая, что молодёжи это может быть не так интересно, важно. Нужно учиться задавать вопросы. Только так можно узнать вещи, которые «вымываются» со временем. Это касается любой отрасли.

Когда мы пришли молодыми, нам от мастодонтов «прилетало». И мы реагировали на это адекватно, спокойно. Была вторая «Гроза» в театре, мы готовились к спектаклю, я играла в массовке. Разминка прошла, я сидела вязала шапочку. Есть ещё время до спектакля. И в соседней гримёрке сидят мои подружки. А ещё Маргарита Павловна Пермякова, которая готовится к роли Кабанихи. И я захожу в гримёрку и говорю: «Девчонки!» И вдруг низким таким, глубоким, объёмным голосом Маргарита Павловна мне сказала: «Катя, выйди». Я была готова сквозь землю провалиться. Человек к роли Кабанихи готовится! Я себя была готова закопать.

Если нет школы и ремесла, на одном творчестве не уедешь. А на ремесле можно. Абсолютно любой человек может заниматься творчеством. Но в профессиональном театре голое творчество – непрофессиональная история. Оно должно быть связано и сопряжено с профессией, с обучением, с образованием. Но если выключить из театра творчество, мы лишим его сердцебиения.

В моём репертуаре было очень много учительниц. Сначала меня это возмущало. Потом веселило. Потом я поняла, что это не просто так. Типажность всегда есть. Может, сейчас границы стали более размытыми, но в любом случае она есть.

Единственная роль, которую я бы хотела сыграть – Жанна Д’Арк. Неважно, в чьём авторстве.

С годами работы в театре я перестала быть максималисткой. У меня были убеждения, где-то я была несгибаемая, категоричная.

Я причисляю себя к аудиалам. Я воспринимаю звуки. Но при этом окрыляюсь картинками. Я везде хожу и у меня везде живопись. Вот иду, вижу грязную лужу. Могу долго смотреть на это. Для меня это всё поэзия, искусство. А если хожу под музыку, это для меня всегда кино. Будто я в фильме. У меня всё время по жизни внутренний монолог: «Господи, какая красота!» Она во всём, везде.

Я люблю слушать постановки. Всегда их живо себе представляю. Воспринимаю ухом, держу руку на пульсе через слух. В спектакле «Гроза» Дарьи Догадовой я первые сорок минут лежу в ванной. И у меня там свой спектакль. Над головой колосники. Софиты крутятся. Музыка восхитительная. Скрипят штанкеты. Это космос просто! Я лежу, у меня слёзы катятся. На монологе Катерины я вообще рыдаю. Как будто главная героиня в каком-то космическом кино.

Есть постановки, перед которыми я пощусь, ни с кем не разговариваю. Это спектакли, которые требуют максимальной концентрации. Со стороны можно подумать, что это странно. Но люди, которые меня близко знают, это понимают. А есть постановки, перед которыми особо настраиваться не надо. Музыка делает за меня всё, собирает необходимую конструкцию для работы. От всего отключиться, сделать работу и потом уже возвращаться в жизнь.

Театр изменился за годы моей службы, потому что жизнь поменялась, условия. Какие-то смысловые парадигмы изменились, люди живут другими событиями. Изменилась система ценностей у людей. Театр – отображение того, что происходит.

Когда ты абсолютно благополучен во всех смыслах, ты не уязвим. А театр вытаскивает боли, травмы, расковыривает раны. Тогда получаются живые актёрские работы.

Как понять, правильно ли ты выбрал свое место в жизни? Если это высасывает энергию, ты выходишь после работы эмоционально выжатый, но при этом как будто крылья за спиной и настроение приподнятое, значит, это твоё место.

Я не разочаровалась в профессии. Иначе тогда надо уходить. Когда уже совсем застой и разочарование. Но периодами накрывает, конечно. В театре бывают подъемы и провалы. В молодости я очень болезненно к этому относилась. Сейчас спокойнее. Наверное, потому что есть много в жизни других разных вещей. Я понимаю, куда свою энергию распределить, чем ещё заниматься.

Любовь для меня – это служение. Бескорыстное, безвозмездное. Когда ничего взамен не ждёшь. Ты просто от всего своего существа делаешь что-то. Когда у тебя нет никаких ожиданий и потом нет разочарований. Когда искренне что-то делаешь. Для профессии, человека, ребенка, животного. Для мира. Это какие-то законы, нам неведомые, которые называют духовными законами. Они работают, независимо от того, знаком ты с ними или нет.

Прошлую «Прямую речь» Екатерины Филимоновой смотрите здесь